Сколько стоит бесплатная операция? Из собственной жизни.
«Кесарево сечение вам необходимо, – в десятый раз повторяла врач гинеколог, – с вашим-то зрением». И вновь объясняла «непутёвой» пациентке, что уже 38 недель, предстоит сложная плановая операция и в больницу нужно лечь заранее.
Утром следующего дня мой муж сопровождал меня в известный самарский роддом, который мы выбрали после долгих прений. Главная заведующая, милая женщина, отговорила нас пользоваться платными услугами, сказав, что всё хорошо сделают и так, бесплатно. Прощаясь с мужем, я попросила на сэкономленные деньги купить хорошую коляску.
Не стану описывать подробности моего обитания в роддоме. Скажу лишь, что на второй день я подошла к главному врачу и попросила сделать мне операцию завтра. Видя моё упадническое настроение, она согласилась.
Завтра наступило. «Господи, – просила я, – сделай так, чтобы операция прошла успешно».
Как на казнь, шла я на операционный стол, зная, что не услышу первых криков своего ребёночка, не увижу в первые минуты его «земной» жизни.
– В первый раз, значит, рожаете? – чей-то голос выводит меня из ступора.
Врач – анестезиолог. Он будет делать мне общий наркоз.
– Да, первый, – соглашаюсь я.
– Да вы не бойтесь, всё будет по высшему разряду, сделаем вам хороший наркоз… Кстати, вам какой наркоз, советский или импортный? Предупреждаю сразу, от советского бывают галлюцинации.
– Конечно, импортный…
– Тогда с вас две тысячи рублей, отдадите после операции.
«Боже, помоги», – шепчу я и залезаю на холодный стол. Один укол, и три часа моей жизни прошли в страшной темноте. Не хочу больше…
После того, как я научилась заново вставать, ходить и есть после операции, когда прошла первая невыносимая боль в районе разрезанного и выпотрошенного живота, наступило счастье. Оно заключалось в маленьком крохотном комочке, сынишке Ромочке.
– Готовьтесь к выписке, – сказала врач, снимая швы.
То же самое услышала моя соседка по палате. Когда мы, две новоиспечённые мамы, собирали вещи, она спросила: «А что ты презентуешь медсестре, которая оформляет выписку»? «Медсестра сказала, чтоб конфеты и шоколадки её не дарили, лучше фрукты».
Что ж, я попросила мужа купить фрукты. До свидания, роддом. А может, прощай?
Человек предполагает, а Бог располагает. Так получилось, что через три месяца мне снова сделали операцию. В этот раз по удалению аппендикса. С острым приступом меня привезли на скорой в больницу в три часа ночи. В приёмной взяли анализы и приказали дежурной нянечке отвести меня в палату. Когда мы шли, плутая по длинным коридорам, нянечка вдруг спросила: «Доченька, а у тебя деньги-то есть?» На удивлённый вопрос: «Кому?» ответила: «Мне, конечно». Я растерялась и пообещала ей принести деньги завтра. К слову сказать, больше я с этой нянечкой не разговаривала. Она дежурила в своём корпусе и в наше отделение не приходила. Затем меня осмотрел врач, и отправил на операционный стол…
В палате помимо меня лежало ещё 16 больных. Через тонкую перегородку находилась женщина с таким же диагнозом – аппендицит. Мы разговорились.
– Ужасные условия, – сказала я, – но зато хоть денег не взяли.
– Вы говорите, бесплатно? А я четыре тысячи заплатила, – удивилась пациентка, – здесь ничего бесплатно не делают, походите, поспрашивайте…
Журналистское любопытство взяло верх. Я втёрлась в доверие к некоторым больным, и они подтвердили, что на каждую операцию установлен лимит. За удаление грыжи – 12 тысяч, на желчном пузыре – восемь тысяч.
– Да ты не радуйся, до операции не взяли, значит, после возьмут, – утешила меня одна бабушка.
Скажу сразу – не взяли. Я до сих пор гадаю, почему. То ли врачам стало жалко бедную молодую кормящую мамашу, то ли испугались, что я воспользуюсь своей профессией журналиста, и напишу разоблачающую статью. Не могу точно сказать.
А сегодня муж сказал, что хочет второго ребёнка. Значит, ещё одно кесарево?
– Заработаешь на наркоз и фрукты, – тогда и поговорим, – закончила я разговор.
Источник